ОТКРЫТОЕ СЕРДЦЕ

23.07.2011 10:15

Задаваясь риторическим вопросом об истоках совершенства «Барселоны» Хосепа Гвардиолы, наш зарубежный корреспондент Боян Трандафилов неожиданно вышел на родоначальника этого стиля там, где этого совсем не ожидал.

- Без Кройфа «Барселоны» не было бы. Это он научил ее играть с открытым сердцем, - сказал Ян.

Я в спортивном баре Satellite. Здесь очень хорошо во время обеденных перерывов, когда на экранах - повторы никому ненужных матчей чемпионата Боливии, и одинокие спокойные офисные черви, выскочившие перекусить, наслаждаются кухней и втихаря - пивом. Кухня в Satellite обалденная!

Диалог глухих в баре Satellite

Но в вечер финала Лиги чемпионов Satellite - одно из самых неподходящих для отдыха мест на Земле. Тем не менее, Ян настоял, чтобы мы смотрели матч здесь. Потому что такого футбольного драйва, как в Satellite, не получишь даже на «Амстердам Арене». То, что весь драйв сводится к оглушающему галдежу юнцов, насосавшихся «Ягермайстера» - это Яна как-то вполне устраивает.

Ян ван Схуммель болеет за «Аякс» и «Барселону». Это в Голландии - распространенное дело. Считается, что «Аякс» и «Барселона» - две толстые ветки одного и того же дерева. Очень здорового дерева, в отличие от того, ветками которого являются «Фейеноорд» и «Реал».

Ян пытается мне что-то сказать, но в этот момент Месси бьет по воротам, а любимец публики ван дер Саар с трудом парирует мяч. Satellite утробно взвывает, в этом реве тонут слова, которые Ян хотел донести до моего сознания. Ян берет ручку и на салфетке рисует схему: «Барса» - Кройф - Михелс - «Аякс». Это очевидная логическая цепочка. Никакого открытия для меня Ян не сделал. Всем понятно, что «тотальный футбол» современной «Барсы» - это отголосок «тотального футбола», в который играл великий Йохан Кройф в 70-е, выступая за «Аякс» и сборную Голландии. И что его придумал Ринус Михелс, тренер и того, и другой. Самодовольный вид Яна, изрекающего прописные истины, меня раздражает. Я беру ручку, отвожу от Михелса стрелочку и ставлю большой вопрос. Ян озадачен. Действительно, а что было раньше? Как Михелс придумал систему, взорвавшую футбол 70-х?

Лицо Яна озаряется счастливой улыбкой, он поднимает палец. Он знает ответ!

Погружение в историю с мистером Ллойдом

Мы в одной из квартир Йордаана, самого неинтересного района Амстердама. Здесь улицы, как в Нью-Йорке, образуют строгую прямоугольную сетку. Здесь ничего не происходит. Здесь полно пенсионеров. В квартире одного из них мы сидим, дыша пылью веков - ее уже ничем отсюда не убрать. Хозяин - господин Ллойд. Ему 90 лет, и он сидел в одном лагере с Джеком Рейнольдсом.

Джек Рейнольдс - как раз тот человек, который был тогда, когда ничего не было. Тот самый знак вопроса. Человек, из которого вырос Михелс, «тотальный футбол», Кройф. И, в конце концов, - «Барселона» Пепа Гвардиолы, уж сделаем приятное Яну ван Схуммелю. Рейнольдс был тренером «Аякса» почти тридцать лет - с двумя перерывами. Один как раз пришелся на лагерь.

В 1940 году, когда немцы заняли Амстердам, они разобрались быстро. «Враг должен сидеть в тюрьме» - и Джека Рейнольдса как подданного Его Величества Георга VI отправили в лагерь для военнопленных. В польскую Верхнюю Силезию, в городок Тошек, который немцы называли Тост. В этот лагерь англичане стекались отовсюду, и самым знаменитым среди них был ироничный литератор Вудхауз, создатель бессмертных Дживса и Вустера. Порядки в Тошеке мало чем отличались от концлагерных. Вудхауз по этому поводу едко пошутил: «Если это Верхняя Силезия, представляю, какой ад в Нижней!»

Господину Ллойду тогда было 19 лет, он был из семьи судостроителей, прочно осевших в Амстердаме. Ллойды так долго жили в Голландии, что, казалось, уже совершенно слились с ландшафтом. Тем не менее, гестапо отодрало их от привычной жизни и перебросило в Верхнюю Силезию.

- Я всем всегда говорил: чем горжусь больше всего - так это тем, что меня тренировал Джек Рейнольдс! - говорит старикан, сидящий перед нами в кресле.

Меня подмывает попросить подтверждения в виде фотографий. Но при взгляде на этого джентльмена, щедро украшенного пигментными пятнами, иссеченного морщинами вдоль и поперек, меня охватывает стыд, который еще усиливается, когда я вспоминаю, где именно тренировал мистера Ллойда Джек Рейнольдс.

- Я неплохо играл, - в сипении старика удивительным образом слышны нотки самодовольства. - Мне Джек говорил, что из меня вполне мог выйти толк. Когда мы играли против французов, я забил три гола. Наши мне на следующий день собрали дополнительный паек как приз…

Ллойд вспоминает Джека Рейнольдса как самого спокойного и позитивного человека в лагере. Вудхауза он не помнит совершенно. Кто такой Вудхауз? Джек Рейнольдс был главным человеком для англичан, утверждает Ллойд.

В лагерь Джек Рейнольдс попал основательным толстячком. Годы, проведенные в Тошеке, отняли у него килограммов 25, не меньше. Отняли немало здоровья. Но с его оптимизмом так ничего и не смогли поделать. Ллойд уверен: из лагеря Джек вышел таким же человеком, каким и попал туда. Он верил в судьбу и считал, что в любой ситуации человек должен делать то, что ему дает Бог. Ну а дальше - будь что будет.

Он верил, что вернется в Амстердам и будет тренировать «Аякс». Так оно и получилось. Рейнольдс не лез в Наполеоны, не собирался покорять Европу. Себе он уже все доказал. «Аякс» он сделал великой командой, пусть в масштабах Голландии. И эта команда делала игру, которую не с чем было даже сравнить - за что ее и любили. Рейнольдс хотел вернуться в Амстердам и делать дело, приносившее ему максимальное удовольствие.

- Что было самым главным в его характере? - спросил я у старого мистера Ллойда.

- Он быстро соображал, - ответил Ллойд, не задумываясь. - Быстрее, чем кто-то из нас. И на любой вопрос ответ всегда находил моментально.

«Тотальный футбол» Джека Рейнольдса

Довоенный футбол очень схематичен. Так принято думать. Даже когда у ворот становилось слишком горячо, в обороне продолжали отбиваться трое защитников. Остальные занимались другими делами - просто потому, что им не положено было играть в обороне. Тот, кто ломал схему, рисковал прослыть ненормальным - если только его система не давала феноменальный результат, как это получилось у изобретателя «дубль-вэ» Герберта Чепмена.

Но и система Джека Рейнольдса работала отлично!

Он был посредственным игроком в футбол, выступал со скромным успехом за несколько британских клубов, самый именитый из которых - «Манчестер Сити». И когда его в 1915 году уже как тренера пригласили в «Аякс», он еще ничего собой не представлял. Как, собственно, и «Аякс». Вообще, футбол в Голландии тогда напоминал скорее воскресную посиделку друзей. Никакой системы, никакой дисциплины - одни отношения и вдохновение. Рейнольдс пришел из другого мира. В Британии футбол уже стал бизнесом. Для людей, которые коснулись этого хотя бы на заштатном уровне, было ясно: успех в футболе - это организация. И Рейнольдс стал продавливать свою революцию.

Его не поняли. В «Аяксе» он был всего вторым тренером - раньше как-то обходились вообще без них. В любом случае, его приглашали не на роль босса, а на роль доброго волшебника, который одним прикосновением как-то все изменит. Считалось, что любой английский тренер это умеет. Но Рейнольдс хотел управлять процессом. Опять же, его британский опыт ему подсказывал: если процессом не управляет тренер - им не управляет никто. Но, поди, объясни это президенту клуба…

Рейнольдс не знал, сколько лет ему уготовано судьбой в «Аяксе», но действовал так, будто пришел на века. В конечном итоге, так и получилось. Но революцию ему пришлось разделить на три части. Сначала он заложил фундамент: добился создания детской академии «Аякса». Ему позволили это сделать в награду за первый титул чемпиона Голландии, который он принес «Аяксу» в 1918-м. Это та самая академия, которая и по сей день каждый сезон пачками выпускает звезд, без которой не было бы ни Йохана Кройфа, ни Марко ван Бастена, ни Уэсли Снайдера.

Потом его из команды попросили - после первых титулов результаты ухудшились, а клубное руководство редко смотрит вдаль. Разлука Рейнольдса с «Аяксом» продолжалась три года. Вернувшись, он начал вторую стадию революции - стал возводить стены. Добился строительства современного стадиона и придумал свою схему. С нынешней точки зрения, ничего особо революционного в ней не было. Рейнольдс просто заставил двоих игроков бегать по флангу, старался, чтобы команда чаще меняла направление атаки (передавая мячи с края на край) и поощрял игроков выходить за пределы своего амплуа. Он хотел создать коллектив, где каждый мог сыграть на любой позиции. До войны не успел…

В последний раз он вернулся в 1945-м и всего на два года. Тем не менее, смог завершить свою революцию. Третья, и самая важная фаза: завершить строительство, отдать ключ тому, кто здесь будет жить дальше. Вырастить наследника. При нем в команде появился форвард Ринус Михелс. Как игрок он был эффективен, но прямолинеен. Но этот немного ломовой забивала лучше всех воспринял идею Рейнольдса о максимально гибком футболе и футболе атакующем, игре «с открытым сердцем». И когда в 1965 году его позвали тренировать родной клуб, Михелс начал делать команду мечты своего тренера. Тут все и сложилось: «тотальный футбол», молодежная система «Аякса» и персональные уроки, полученные им от учителя. Дело Джека Рейнольдса оказалось завершенным через 20 лет после его смерти. Мир получил чудо, которое до сих пор считает непревзойденным - голландский «тотальный футбол»…

В точке кипения

Мы с Яном ван Схуммелем стоим в центре жилого квартала. Он вряд ли способен привлечь внимание сам по себе. Почему-то никого особо не волнует тот факт, что на этом месте находился стадион «Де Меер», колыбель фантастического «Аякса». Тот самый, который клуб построил по инициативе Рейнольдса вместо знаменитого «Деревянного стадиона», где все только начиналось. Мы стоим у полусферы, вмонтированной в тротуар центрального перекрестка квартала. Раньше здесь был центр поля. Точка кипения стольких страстей…

Эверт Времеер, официальный историк «Аякса», сюда идти не захотел. Мне показалось, что ему больно смотреть на могилу величия. И Рейнольдс такого тоже наверняка не одобрил бы.

А как бы Рейнольдс отнесся к титулу отца-вдохновителя современной «Барселоны», чей «тотальный футбол» всеми корнями растет из «Аякса» времен Михелса?

Яну ответ на этот вопрос ясен, как белая ночь:

- Если бы не «Аякс», «Барселона» играла бы, как «Реал»…

Теги: Джек Рейнольдс, Аякс, Футбол, Боян Трандафилов, История, Журнал Desporter №15
Загрузка...